Проповедь протоиерея Хейкки Хуттунена во второе подготовительное воскресенье к Великому посту

Неделя о блудном сыне

Евангелие от Луки 15:11–32

Затем Иисус продолжил:
 «У одного человека было два сына, 12 и младший из них однажды сказал ему: Отец, отдай мне часть имущества, которая мне причитается! И тот разделил состояние между сыновьями.
13 Спустя несколько дней младший сын, собрав всё, что было у него, ушел в далекую страну и расточил там свои деньги*, живя разгульно. 14 Так он растратил всё, и когда в той стране начался сильный голод, он оказался в большой нужде. 15 Тогда он пошел и нанялся в работники к одному из местных жителей, и тот послал его на свои луга пасти свиней. 16 Он был бы рад утолить свой голод даже стручками*, что ели свиньи, но и этого ему не давали.
17 Наконец, образумившись, он сказал себе: Сколько работников у отца моего едят хлеб досыта, а я здесь погибаю от голода! 18 Пойду к отцу и скажу ему: отец, согрешил я против Неба, и перед тобою виновен я, 19 и больше недостоин называться сыном твоим! Прими меня как одного из твоих работников! 20 И он встал и пошел к отцу своему.
Когда он был еще далеко, отец увидел его и сжалился над ним: побежал к нему навстречу, обнял и поцеловал его.
21 И сын сказал ему: Отец, согрешил я против Неба и перед тобою виновен я, и больше недостоин называться сыном твоим…
22 Но отец сказал слугам своим: Скорее принесите лучшую одежду и оденьте его, и наденьте перстень на руку его и обувь на ноги! 23 И приведите откормленного теленка и заколите: будем есть и веселиться! 24 Ибо этот сын мой мертв был — и ожил, пропадал — и нашелся! И началось веселье.
25 В то время старший его сын был в поле. Когда он, возвращаясь, подошел к дому, то услышал музыку и ликование*. 26 Подозвав одного из слуг, он спросил, что случилось. 27 Тот ответил ему: Твой брат пришел, и откормленного теленка заколол отец, ведь его сын вернулся живым и здоровым.
28 Старший сын рассердился и не захотел войти в дом. Тогда вышел отец его и стал упрашивать его войти. 29 Но он ответил отцу: Посмотри, столько лет я работал на тебя, как раб, и никогда не преступал воли твоей, а ты ни разу даже козленка мне не дал, чтобы я мог повеселиться с друзьями моими! 30 А когда пришел этот сын твой, промотавший твое же состояние с блудницами, ты заколол для него откормленного теленка!
31 Дитя мое! — сказал ему отец. — Ты всегда со мной, и всё, что есть у меня, — твое. 32 Как же не веселиться нам и не радоваться тому, что этот брат твой был мертв — и ожил, пропадал — и нашелся?!»

Библейский текст приводится в переводе под редакцией М. П. и М. М. Кулаковых.

Проповедь

+ Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Сегодня — второе подготовительное воскресенье к Великому посту. В эти воскресные дни Церковь предлагает нам основные темы христианской веры. Они вновь и вновь будут звучать на протяжении постных недель.

Среди всех притч нашего Господа сегодняшнее евангельское чтение с поразительной цельностью заключает в себе всё учение христианства. В чём состоит спасение человека? Мы знаем этот рассказ как притчу о блудном сыне — так называется и нынешнее воскресенье. Однако главным действующим лицом притчи является Отец семьи. Спаситель открывает нам, каков Его Отец и наш Небесный Отец, Которого Он называет близким, доверительным именем Abba — «папочка».

Но что говорит эта притча о нас самих — о нашем отношении к Небесному Отцу и друг к другу?

Младший сын оскорбляет Отца, требуя свою часть наследства. По сути, он говорит: «Умри, старик, и дай мне то, что мне полагается после твоей смерти». И в нас самих нередко живёт такое же настроение: «Дай мне всё и сразу». Получив наследство, сын уходит в далёкую страну и растрачивает всё. Даром невозможно жить бесконечно, если человек отрывается от источника дара. В итоге юноша оказывается в самом унизительном положении, какое только возможно для иудея: он становится свинопасом — занятием, запрещённым Ветхим Заветом.

Мы охотно отождествляем себя с блудным сыном в тот момент, когда он приходит в себя и решает вернуться к отцу. Он признаёт своё положение и заранее готовит покаянную речь: «…прими меня в число наёмников твоих» (Лк. 15:19). И это действительно так: как бы глубоко мы ни погрузились в грехи и скорби, Евангелие говорит нам, что путь домой, к Отцу, всегда открыт. Вопрос лишь в том, способны ли мы распознать своё состояние и найти в себе решимость вернуться — как это сделал блудный сын.

Но возвращение оказывается совсем не таким, каким он его себе представлял. «Когда он был ещё далеко, отец увидел его и сжалился: побежал к нему навстречу, обнял и поцеловал его» (Лк. 15:20). Подготовленная покаянная речь оказалась ненужной: отец уже давно ждал сына и принял его без всяких условий. Он не упрекал и не расспрашивал о растраченном имуществе. Преподобный Иоанн Лествичник напоминает, что уже в тот момент, когда мы приходим к таинству покаяния, Бог любит нас, принимает и обнимает — ещё прежде, чем мы успеем произнести хоть одно слово. Не кажется ли нам такой Отец чрезмерно снисходительным, слишком терпимым? И невольно возникает вопрос: если у меня нарушены отношения с собственным ребёнком или, скажем, с близким другом — готов ли я принять его так же, как отец в притче, ещё до того, как он успеет попросить прощения?

Вернувшегося сына тут же облачают в праздничные одежды: он — наследник, а не раб и не слуга. Ему дают обувь свободного человека и надевают на палец перстень-печать — говоря современным языком, он получает доступ ко всем делам отца. Начинается пир. Этот праздничный стол с изобилием еды и питья, с музыкой и радостным шумом — образ пира в Царстве Небесном. За этим столом каждому из нас уготовано место званого гостя. Видим ли мы себя свободными детьми Божиими? Осмеливаемся ли занять своё место рядом друг с другом — как приглашённые к трапезе Царства Небесного?

В притче есть и третий персонаж — старший сын. Он тот самый «порядочный человек». Он не уходил в мир, не требовал заранее наследства и не расточал имущества. Но когда младший брат, считавшийся мёртвым, возвращается, именно старший остаётся вне праздника. Он упрекает отца: «А когда пришёл этот сын твой, промотавший твоё имущество с блудницами, ты заколол для него откормленного телёнка!» (Лк. 15:30).

Нам приятно узнавать себя в образе блудного сына. Но мы можем оказаться и в роли старшего брата. Возможно, мы живём внутри церковной традиции — но не бываем ли при этом далеки от Отца и Его любви? Не может ли стремление к верности святому преданию, со всеми его обычаями и правилами, заслонить от нас само Евангелие — любовь Божию? Если грешник переступает порог храма, робко возвращаясь к церковной жизни, встречает ли его объятие любящего Отца — или же холодный, осуждающий взгляд самодовольного старшего брата?

Притча ставит перед нами вызов, оставляя без ответа вопрос: как поступит старший сын — примет ли он приглашение Отца? Останусь ли я снаружи, осуждая и презирая любовь, или войду и займу своё место за праздничным столом?

Этот призыв Отца вводит притчу в её предельный, величайший контекст. Она завершается пасхальным благовестием — радостью из радостей, которая всегда составляет основание и цель Евангелия и относится к каждому из нас: к блудным сыновьям и дочерям, к старшим братьям и сёстрам.
«Надлежало же радоваться и веселиться, потому что брат твой был мёртв — и ожил, пропадал — и нашёлся»

Протоиерей Феодор Хейкки Хуттунен
Воскресенье 1 февраля 2026 года
Храм святых мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии

Ознакомиться с этой проповедью на финском языке можно на сайте нашего прихода